Как сообщает Euro Metal, несмотря на продолжающийся рост мировой экономики, сталелитейная отрасль остается под давлением избыточного предложения, слабого спроса в ключевых регионах и растущей фрагментации рынков, услышал Fastmarkets на 95-м заседании Международной ассоциации производителей и экспортеров арматуры (IREPAS), проходившем в Белграде, Сербия, 27–29 сентября 2026 года.

Рост мирового ВВП на 3,1%, согласно данным Международного валютного фонда (МВФ), не привел к увеличению спроса на сталь, заявил в ходе своего выступления директор по экспорту испанской сталелитейной группы Celsa, использующей электродуговые печи (EAF), Александр Гордиенко.
«Это не тот рост, который приводит к росту спроса», — отметил Гордиенко.

По мере роста мировой экономики все более важное значение для сталелитейных рынков приобретает распределение этого роста. Более высокие темпы экономического роста по-прежнему сосредоточены в Азии, особенно в Индии, где рост ВВП составил 6,5%, тогда как в Европе он достиг лишь 1,3%.

По словам Гордиенко, несмотря на устойчивый рост мировой экономики, рынок стали остается переполненным и высококонкурентным. Страны с более высокими темпами экономического роста также наращивают собственные сталеплавильные мощности. Однако экономический рост в какой-либо стране мира автоматически не означает возникновения экспортного спроса на сталь.

Строительство остается ключевым сектором потребления стали

Строительство остается важнейшим конечным потребителем стали, однако региональные тенденции существенно различаются.

Строительный сектор Европы по-прежнему сдерживается слабой активностью на рынке жилья, несмотря на сохраняющийся дефицит жилья. Поддержку обеспечивают инфраструктурные проекты, однако, по словам Гордиенко, проблема заключается не в отсутствии спроса на жилье, а в сложности преобразования этого спроса в реальные проекты из-за длительного планирования, согласований и избыточной бюрократии.

В США, напротив, наблюдаются значительные инвестиции в инфраструктуру, связанную с искусственным интеллектом (ИИ), включая центры обработки данных, объекты генерации и сети передачи электроэнергии. При относительно слабом жилищном строительстве инвестиции в инфраструктуру, связанную с ИИ, стали одним из ключевых источников роста спроса на сталь.

Китай остается главной структурной проблемой

Китай, в свою очередь, остается главным источником структурной слабости мирового потребления стали, считает Гордиенко. Рынок недвижимости страны пока не демонстрирует значимого восстановления, поэтому внутренний спрос не способен поглотить имеющиеся сталеплавильные мощности, что продолжает оказывать давление на экспортные рынки.

«Проблема заключается в том, что если китайский спрос не восстановится, внутренний рынок Китая не сможет поглотить огромный объем производства стали. Она должна будет идти на экспорт».

Индия демонстрирует противоположную ситуацию: инвестиции в инфраструктуру продолжают обеспечивать реальный рост спроса на сталь. Однако, отметил Гордиенко, увеличение собственных сталеплавильных мощностей означает, что Индию не следует автоматически рассматривать как крупный будущий рынок импорта стали.

Региональные различия становятся все заметнее

Мировое производство стали остается близким к допандемийному уровню, однако производственные тенденции все сильнее расходятся по регионам.

В то время как производство сократилось в Китае и России, в ряде стран, включая Индию и США, оно выросло.
Одновременно китайский экспорт стали продолжает оказывать давление на международные рынки. По словам Гордиенко, торговые меры могут изменить направления и структуру торговых потоков, но не устраняют экспортного давления.

Согласно оценке CRU Group, представленной на конференции, потребление длинномерного проката в первом полугодии 2026 года снизилось примерно на 2%.

Хотя такое снижение может показаться умеренным, на рынке со значительными свободными мощностями его достаточно, чтобы усилить конкуренцию, отметил Гордиенко.

Сокращение потребления арматуры по-прежнему в основном приходится на Азию, особенно на Китай, тогда как в Европе спрос в целом остается стабильным, а в Северной Америке наблюдается более высокий уровень спроса.

От глобального цикла стали к региональным циклам

Хотя такие технологии, как ИИ, распространяются по всему миру, необходимая для них физическая инфраструктура концентрируется в регионах, располагающих капиталом, энергоресурсами и возможностями для реализации соответствующих проектов.

В результате рост инвестиций также становится все более географически концентрированным.
Эта тенденция в сочетании с растущими торговыми барьерами и различиями в региональном спросе свидетельствует о все большей фрагментации рынков стали.

«В некотором смысле мир очень быстро движется в будущее. Но в другом, физическом смысле, он, похоже, возвращается в прошлое. Наш бизнес одновременно работает в обоих этих мирах», — сказал Гордиенко.
Сырье по-прежнему торгуется на глобальном рынке, тогда как рынки готовой стали становятся все более региональными.

Рост спроса концентрируется в отдельных регионах, таких как Индия, а масштабные инвестиции в инфраструктуру, связанную с ИИ, — в США.

Гордиенко считает, что традиционные глобальные циклы развития рынка стали могут распадаться на несколько региональных циклов, при которых один рынок остается перенасыщенным, а на другом предложение становится более ограниченным.

«Возможно, нам следует перестать говорить о глобальном цикле рынка стали и начать говорить о региональных циклах», — заявил Гордиенко.

Мировое предложение цинкового концентрата переходит от цикла роста производства к циклу сокращения. Производство цинкового концентрата в мире достигло циклического пика в 2025 году. В начале 2026 года на рудниках произошла серия форс-мажорных обстоятельств, затраты на переработку цинкового концентрата продолжали снижаться, и в металлургическом секторе возникла негативная обратная связь.

Предложение смещается в сторону предельного сокращения

Согласно данным Международной исследовательской группы по свинцу и цинку (ILZSG), мировое производство цинкового концентрата в 2025 году составило 12,586 млн тонн — увеличение на 641 тыс. т (5,4%) по сравнению с предыдущим годом. ILZSG прогнозирует производство на 2026 год на уровне 12,55 млн тонн, что на 0,3% меньше, чем годом ранее, и свидетельствует о возможном завершении цикла роста производства.

Компания Glencore, крупнейший в мире производитель цинка, снизила свой прогноз по добыче цинка на 2026 год до диапазона 700 – 740 тыс. тонн — сокращение более чем на 200 тыс. тонн по сравнению с 969,4 тыс. т, фактически добытыми в 2025 году. Это снижение обусловлено тремя факторами:

- во-первых, рудник Антамина в Перу переключает свою деятельность на зоны, богатые медью, что приводит к резкому падению добычи цинка;

- во-вторых, наблюдается систематическое снижение содержания цинка в руде на всех рудниках компании;

- и в-третьих, рудник Леди Лоретта в Австралии был закрыт в конце 2025 года из-за истощения ресурсов.

Сокращение производства Glencore стало реальностью в первом полугодии 2026 года. За этот период компания произвела 365,6 тыс. тонн цинка, что на 21% меньше, чем годом ранее. Примечательно, что даже после завершения продажи рудника Кидд 1 июня (что привело к потере примерно 20 тыс. т цинка), Glencore сохранила свой прогноз производства на весь год. Это подразумевает фактическое повышение целевых показателей производства для оставшихся активов на сопоставимой основе, что отражает стратегию компании по компенсации потерь объемов за счет активной продажи неэффективных активов и повышения производительности на основных горнодобывающих предприятиях.

Рудник Red Dog компании Teck сталкивается со снижением содержания руды. Прогноз по производству цинка на 2026 год был снижен до 375–415 тыс. т. Дальнейшие корректировки в сторону понижения — до 230 – 270 тыс. тонн на 2027–2028 годы – отражают явную и необратимую тенденцию к снижению.

Сокращение объемов добычи на рудниках оказывает давление на металлургический сектор, что приводит к серьезной нагрузке на тарифы на переработку. В начале 2026 года тарифы на переработку отечественного цинкового концентрата составляли 1400–1500 юаней за тонну. К началу сентября тарифы на переработку импортного цинкового концентрата упали до -$120 за тонну, а тарифы на переработку отечественного концентрата в северных регионах снизились до -1500 юаней за тонну. Отрицательные тарифы указывают на то, что большинство металлургических заводов перешли от прибыли к убыткам в своей перерабатывающей деятельности, что свидетельствует об усилении переговорной силы горнодобывающих компаний.

Руководствуясь как необходимостью избежать производственных потерь, так и стремлением к саморегулированию в отрасли, плавильные заводы начали добровольно сокращать производство. В конце июня Китайская совместная переговорная группа по цинковому сырью (CZSPT) провела совещание 16 ключевых предприятий, выступая за саморегулируемое сокращение производства и строгий контроль над новыми мощностями. Впоследствии последствия этих сокращений начали проявляться.

Что касается сырья, данные Mysteel показывают, что в начале июля 2026 года количество дней, в течение которых запасы цинкового концентрата на внутреннем рынке находились в портах, сократилось до 18 дней — самого низкого уровня почти за два года — что создало серьезные ограничения для плавильных мощностей.

Что касается производства, данные Shanghai Metals Market (SMM) показывают, что внутреннее производство рафинированного цинка в июле составило 557,6 тыс. тонн, что на 0,9% меньше, чем в предыдущем месяце, и на 7,5% меньше, чем годом ранее.

Сравнение с предыдущим циклом

По сравнению с циклом 2013–2016 годов, характеризующимся ограничениями предложения, текущий цикл характеризуется более жесткими ограничениями предложения и более слабым стимулированием спроса.

Что касается предложения, то в предыдущем цикле остановки производства в основном затронули незначительные, высокозатратные мощности и были частично компенсированы вводом в эксплуатацию новых добывающих объектов; чистое снижение фактического мирового производства составило всего около 6%, что отражает рыночный процесс стабилизации после падения цен ниже себестоимости.

В отличие от этого, нынешнее снижение обусловлено физическим истощением так называемых «активов первого уровня» (Tier-1 assets) и вынужденным сокращением производства горнодобывающими гигантами. Из десяти крупнейших в мире цинковых рудников семь планируется закрыть в период с 2029 по 2036 год, что составит в сумме около 2,16 млн тонн в год — примерно 17% от прогнозируемого мирового производства на 2025 год. Мировые запасы цинка имеют статический срок службы 18–19 лет, самый низкий среди цветных металлов. Кроме того, вклад переработанного цинка остается низким; истощение высококачественных существующих ресурсов не имеет эффективных заменителей, и тенденцию к истощению ресурсов трудно обратить вспять.

Что касается спроса, то предыдущий цикл был обусловлен высоким спросом, вызванным монетизацией программ по реконструкции ветхого или откровенно трущобного жилья (бидонвиллей) в бедных или развивающихся странах. Однако текущий цикл совпадает с корректировкой рынка недвижимости и отсутствием мер стимулирования потребления, что приводит к относительно слабой предельной поддержке спроса.

Перспективы

В краткосрочной перспективе внутренние китайские и международные запасы расходятся, конечный спрос остается слабым, а восходящая динамика цен на цинк сталкивается с сохраняющейся волатильностью. Однако, учитывая глубоко отрицательные сборы за переработку (TC), на плавильном производстве возникла отрицательная обратная связь, и дефицит в горнодобывающем секторе распространяется на рынок рафинированного цинка, ограничивая потенциал снижения цен на цинк.

Недостаточные инвестиции в новые горнодобывающие проекты означают, что предложение останется низким в среднесрочной перспективе. Цены на цинк снижались с 2013 по 2016 год, опустившись ниже пороговых значений для многих рудников, и с тех пор капитальные затраты на добычу цинка остаются на низком уровне. К 2025 году доля мировых бюджетов на геологоразведку упала до исторически низкого уровня в 21%, а средний цикл от открытия месторождения до начала добычи превышает десятилетие. Учитывая нынешний значительный дефицит новых инвестиций, уровень предложения на 2026–2035 годы фактически зафиксирован на нижнем уровне.

На основе базовых прогнозов баланса спроса и предложения в горнодобывающем секторе можно оценить среднее ежегодное фактическое сокращение добычи цинка в 500 – 600 тыс. т в период с 2026 по 2030 год, что значительно превышает прогнозируемый эффективный рост (300 – 400 тыс. тонн) и подразумевает средний ежегодный темп роста добычи на рудниках в диапазоне от -1,5% до -2,5%. Значительно отрицательные значения платы за переработку могут стать нормой, что, вероятно, приведет к постепенному выводу из эксплуатации дорогостоящих плавильных мощностей.

Как сообщает Steel Orbis, глобальные избыточные сталепроизводственные мощности, по прогнозу, вырастут с 601 млн тонн в 2024 году до 721 млн тонн в 2027 году. Это ограничит возможности производителей инвестировать в технологии с низким уровнем выбросов и повысит риск того, что субсидируемое расширение мощностей еще больше отсрочит декарбонизацию отрасли, говорится в докладе ОЭСР Navigating the Steel Transition amid Global Excess Capacity.

По оценке организации, сохраняющийся избыток мощностей оказывает давление на цены на сталь, сокращает маржу и повышает стоимость финансирования. Государственная поддержка, позволяющая неэффективным предприятиям продолжать работу, замедляет вывод из эксплуатации мощностей с высоким уровнем выбросов.

Рост мощностей BF-BOF опережает их закрытие

В 2025–2027 годах ожидается вывод около 25,8 млн тонн мощностей по производству стали по маршруту доменная печь — кислородно-конвертерный процесс (BF-BOF), из них 15,6 млн тонн в Китае — около 60% общего объема. Однако эти закрытия будут перекрыты вводом 62,1 млн тонн новых мощностей BF-BOF, главным образом в Китае и Индии.

Лишь 6,9 млн тонн, или 27% выявленных закрытий кислородно-конвертерных мощностей, сопровождаются установкой электродуговых печей (EAF) на тех же площадках. Это свидетельствует о том, что ухудшение рыночной конъюнктуры по-прежнему является более значимым фактором закрытия предприятий, чем декарбонизация.
Одновременно инвестиции Китая за рубежом способствуют переносу производства с высоким уровнем выбросов. В странах АСЕАН ожидается расширение мощностей примерно на 60 млн тонн, связанное с китайскими инвестициями, что может продлить зависимость региона от высокоуглеродных технологий производства стали.

Рост мощностей DRI и EAF не всегда означает декарбонизацию

В 2025–2027 годах планируется ввод 30,7 млн тонн мощностей по производству стали по маршруту прямое восстановление железа — электродуговая печь (DRI-EAF) и 61,7 млн тонн новых мощностей EAF на основе металлолома.

Однако значительная часть этих проектов обусловлена доступностью сырья, преимуществами по энергозатратам и ожиданиями более высокого спроса, а не непосредственно задачами сокращения выбросов.
Среди проектов DRI, которые должны быть запущены к 2027 году, лишь около 19 млн тонн мощностей, судя по всему, обусловлены целями снижения выбросов. ОЭСР подчеркивает, что производство DRI само по себе не является низкоуглеродным, особенно при использовании технологий на основе угля. Для проектов на природном газе необходимы достоверные планы последующего перехода на водород, чтобы обеспечить производство с почти нулевыми выбросами.

Проекты с низким уровнем выбросов откладываются

По состоянию на II квартал 2025 года проекты по производству стали с низким уровнем выбросов общей мощностью 15,5 млн тонн были приостановлены или отложены из-за избытка мощностей, высоких затрат на электроэнергию и неопределенности в регулировании.

Самая высокая доля приостановленных проектов пришлась на проекты перехода с BF-BOF на EAF — 27%, далее следуют проекты DRI на водороде — 18% и проекты по улавливанию, использованию и хранению углерода (CCUS) — 15%.

ОЭСР отмечает, что снижение рентабельности ограничивает возможности финансирования инвестиций за счет собственных средств, а высокая волатильность прибыли и рост стоимости заимствований затрудняют привлечение внешнего финансирования.

Снижение цен на обычную сталь увеличивает относительную «зеленую» премию

Снижение цен на сталь, произведенную традиционным способом, ослабляет коммерческую привлекательность низкоуглеродной продукции, поскольку увеличивает относительную премию, которую покупатели должны платить.

Исходя из разницы в себестоимости около $160 за тонну между обычной сталью BF-BOF и сталью, произведенной по маршруту DRI-EAF с использованием «зеленого» водорода в Европе, ОЭСР подсчитала, что снижение цен на горячекатаный рулон в 2022–2025 годах увеличило расчетную относительную премию с 17% до 25%.
Аналогичные расчеты показали рост премии с 16% до 22% в Китае и с 15% до 22% в Японии. Это демонстрирует, что низкие цены на обычную сталь могут снижать спрос на более чистую продукцию даже при неизменной абсолютной разнице в себестоимости.

Политика перехода должна сопровождаться выводом старых мощностей

ОЭСР предупреждает, что субсидируемое расширение производства стали с низким уровнем выбросов может привести к новой волне избыточных мощностей, если инвестиционные стимулы не будут сопровождаться эффективным выводом из эксплуатации существующих предприятий.

В странах, формирующих избыток предложения, организация призывает сочетать меры поддержки перехода с обязательным закрытием мощностей, жесткими требованиями по замещению мощностей и отменой искажающих рынок субсидий.

Одновременно требования, связанные с углеродными издержками при доступе на рынки, могут способствовать защите инвестиций в более чистое производство. Однако субсидируемый импорт низкоуглеродной стали по-прежнему способен подрывать позиции производителей, работающих на рыночных условиях.

ОЭСР заключает, что сокращение избыточных мощностей необходимо для восстановления инвестиционных возможностей отрасли и стимулирования спроса на сталь с низким уровнем выбросов. Политика декарбонизации должна способствовать реальной реструктуризации отрасли, а не просто менять технологическую структуру глобального избытка мощностей.

Как сообщает The Korea Times в своем обзоре, мировой рынок стали, который когда-то представлял собой единое пространство с открытой торговлей, стремительно распадается на защищенные региональные рынки.
Для крупнейших промышленных компаний Южной Кореи разрушение этой глобальной системы становится серьезным испытанием сразу на двух направлениях.

Корейские металлурги оказываются зажаты с двух сторон: их вытесняют с основных экспортных рынков из-за усиления международных тарифных ограничений, тогда как на внутреннем рынке им приходится противостоять потоку дешевого китайского импорта, говорится в отчете Korea Investors Service (KIS), опубликованном в понедельник.

Катализатором этой перестройки мирового рынка стала политика Вашингтона. Опираясь на меры в рамках Section 232, США последовательно отменяли исключения и квоты для отдельных стран и одновременно ввели 50%-ную пошлину на импорт стали.

Перераспределение мирового предложения, вызванное этими мерами, быстро запустило цепную реакцию протекционизма на других крупных рынках сбыта.

Евросоюз сократил беспошлинные импортные квоты, одновременно установив ставку 50% на поставки сверх квоты, тогда как соседние рынки, включая Канаду, Мексику, Индию и ряд стран Юго-Восточной Азии, также ввели более жесткие импортные барьеры.

«Мировой рынок стали больше не является единым открытым рынком», — отмечает KIS. По оценке службы, конкурентное преимущество теперь определяется не столько традиционными показателями себестоимости производства и качества продукции, сколько непосредственно доступом к рынкам, строгими правилами происхождения и распределением региональных квот.

Такая ситуация создает серьезную угрозу для Южной Кореи, которая исторически полагалась на зарубежный спрос, направляя на экспорт около 40% общего объема производства стали. По мере того как основные экспортные рынки закрываются, китайские металлургические предприятия, испытывающие последствия затяжного спада на рынке недвижимости, направляют избыточное производство на корейский рынок. Внутреннее потребление стали в Китае снизилось до 800 млн тонн, что ограничивает восстановление цен на корейском рынке.

Чтобы сдержать приток импорта, Сеул расширил антидемпинговые пошлины на китайскую и японскую стальную продукцию, распространив меры с обычного толстого листа на прокат с покрытием, нержавеющую сталь и конструкционные двутавры. Хотя это временно поддержало внутренние цены, аналитики предупреждают, что эффект может оказаться недолговечным. Экспортеры уже обходят пошлины, переводя поставки на не подпадающие под ограничения полуфабрикаты, такие как слябы, или перенаправляя их через третьи страны.
Данные Корейской ассоциации стали подчеркивают эту структурную уязвимость.

После непрерывного снижения в 2021–2023 годах и кратковременного восстановления в 2024 году темпы роста экспорта корейской стали вновь стали отрицательными в начале 2025 года под влиянием торговых барьеров США и ЕС и лишь немного восстановились в начале этого года.

Эта нестабильная динамика показывает, насколько внешние политические решения теперь определяют объемы поставок, в большей степени, чем базовая эффективность производства.

В ответ крупнейшие отечественные производители меняют стратегию, отходя от зависимости от экспорта из Южной Кореи и создавая локализованные производственные мощности непосредственно рядом с конечными потребителями.

POSCO направляет капитал на быстрорастущие зарубежные рынки, в частности участвует вместе с JSW Group в проекте интегрированного металлургического предприятия мощностью 6 млн тонн в год в Индии и расширяет производственные мощности в Индонезии.

Hyundai Steel совместно с Hyundai Motor, Kia и POSCO строит в Луизиане электросталеплавильный завод стоимостью $5,8 млрд для непосредственных поставок расширяющемуся автомобильному производству в Северной Америке. Аналитики отмечают, что этот проект в значительной степени компенсирует потерянные экспортные объемы, а не обеспечивает чистый рост продаж.

SeAH Steel занимает несколько иную позицию: 43% выручки ее трубного бизнеса приходится на Северную Америку, а компания завершает строительство предприятия по выпуску специальных сплавов в Техасе. Это обеспечивает ей более надежную защиту от регуляторных ограничений, чем многим ее корейским конкурентам.
В конечном счете кредитные рейтинговые агентства подчеркивают, что именно финансовая устойчивость определит, какие компании смогут пережить эту перестройку рынка.

Низкая долговая нагрузка POSCO дает ей денежные ресурсы для финансирования дорогостоящей зарубежной экспансии. Hyundai Steel и SeAH, напротив, в значительной степени зависят от заемного финансирования, что повышает их финансовые риски.

«Ключевой вопрос заключается не в том, есть ли у компании стратегия, а в том, располагает ли она финансовыми возможностями для ее реализации», — заключает KIS. Локализованные капитальные вложения и развитие низкоуглеродного продуктового портфеля требуют значительных первоначальных затрат, тогда как для формирования стабильного денежного потока от таких проектов необходимы годы.

Как сообщает BigMint.co, в августе 2026 года экспорт железной руды, включая окатыши, из ключевых стран-производителей — Австралии, Индии и Бразилии — оставался стабильным или близким к стабильному уровню, тогда как поставки из Южной Африки снизились по сравнению с июлем. Настроения на рынке оставались сдержанными из-за более низких объемов закупок со стороны Китая, ограничений на использование руды низкого качества и кратковременных плановых ремонтов на металлургических предприятиях.

Кроме того, рост стоимости сырья, прежде всего коксующегося угля, оказывал давление на цены железорудной мелочи, из-за чего экспортеры железной руды стали менее активно предлагать новые партии на рынке.

Экспорт Австралии вырос на 10% за месяц

По данным о графике судовых отгрузок BigMint, экспорт железной руды и окатышей из Австралии в августе составил 79,6 млн тонн, увеличившись на 9,5% по сравнению с 72,5 млн тонн в июле. При этом в годовом выражении поставки снизились на 2% — с 72,9 млн тонн в августе 2025 года.

Китай оставался крупнейшим импортером австралийской руды, получив 65,3 млн тонн. Далее следовали Южная Корея — 5,1 млн тонн и Япония — 4,7 млн тонн. Крупнейшим экспортером была Rio Tinto с 29,5 млн тонн, за ней следовали BHP — 26,7 млн тонн и FMG — 16 млн тонн.

Австралийский экспорт несколько восстановился после продолжавшихся споров между горнодобывающими компаниями и China Mineral Resources Group (CMRG), хотя переговоры пока не завершены. Продавцы по-прежнему осторожно выбирали периоды для заключения сделок и наращивания объемов поставок, однако на рынке отмечалось некоторое улучшение ожиданий в отношении закупок со складов в портах.

Экспорт Бразилии остается стабильным

Экспорт железной руды из Бразилии в августе практически не изменился по сравнению с июлем и составил 36,3 млн тонн против 36,33 млн тонн месяцем ранее. Однако в годовом выражении поставки сократились на 13% с 41,73 млн тонн в августе 2025 года.

Китай оставался крупнейшим покупателем бразильской руды, импортировав 25,96 млн тонн, что на 16% меньше, чем годом ранее. Далее следовали Индия — 1,58 млн тонн и Малайзия — 1,5 млн тонн.

Стабильность экспорта Бразилии обеспечили более четкое планирование отгрузок и устойчивые поставки с ключевых горнодобывающих комплексов при сохранении производителями в целом прежнего уровня загрузки мощностей.

Руда средней и высокой степени обогащения продолжала пользоваться спросом у азиатских покупателей. Рост стоимости коксующегося угля повысил ее относительное ценовое преимущество, что позволило таким сортам сохранять конкурентоспособность по сравнению с альтернативными источниками поставок на фоне осторожных закупок.

Экспорт Южной Африки снизился на 10% за месяц

Экспорт железной руды из Южной Африки в августе составил 4,94 млн тонн, снизившись на 9,9% по сравнению с 5,48 млн тонн в июле, согласно данным о графике судовых отгрузок. В годовом выражении объем экспорта также сократился на 5% — с 5,22 млн тонн в августе 2025 года.

Крупнейшим покупателем оставался Китай с 2,64 млн тонн. Нидерланды и Южная Корея импортировали по 0,37 млн тонн.

Сдержанный спрос со стороны китайских покупателей на фоне достаточного предложения австралийской и бразильской руды на морском рынке дополнительно ограничивал экспортные объемы. На поставки также давили более низкие мировые цены на железную руду и ухудшение ценовой конкурентоспособности южноафриканского сырья.

Снижение активности по погрузке судов и сохраняющиеся ограничения железнодорожной логистики негативно повлияли на общий объем отгрузок и затруднили доставку руды к экспортным терминалам.

Экспорт Индии вырос на 8% за месяц

Экспорт железной руды и окатышей из Индии в августе вырос на 7,5% по сравнению с июлем — до 2,15 млн тонн с 2 млн тонн. При этом непосредственно экспорт железной руды, напротив, сократился на 22,8% за месяц — до 0,95 млн тонн против 1,23 млн тонн в июле 2026 года.

Китай оставался крупнейшим покупателем индийской руды, импортировав 1,63 млн тонн, за ним следовала Малайзия с 0,31 млн тонн.

Снижение экспорта железной руды в течение месяца было связано с продолжающимся сезоном муссонов, который нарушал работу горнодобывающих предприятий и ограничивал доступность сырья. Экспортеры также осторожно подходили к новым предложениям: слабые мировые цены снижали экспортную выручку и интерес к зарубежным продажам.

По сообщениям рынка, доступность руды низкого качества на внутреннем рынке также сократилась из-за ограничений на отгрузки, связанных с ужесточением требований к качеству сырья, введенных государственным предприятием.

Прогноз

В Австралии объемы экспорта будут оставаться ограниченными из-за некоторого нарушения работы портовой инфраструктуры после недавней забастовки работников порта Хедленд. Поэтому объемы отгрузок, вероятно, останутся умеренными.

В Индии продавцы, как сообщается, придерживали партии руды на период муссонов. По мере улучшения погодных условий и восстановления возможностей для работы ожидается, что накопленные объемы отразятся на экспортной статистике следующего месяца. Кроме того, недавний инцидент на восточном побережье приведет к замедлению погрузочных операций в восточных портах из-за ужесточения требований безопасности и регулирования.

Ожидается, что бразильская руда будет пользоваться большим спросом: продолжающийся рост цен на коксующийся уголь снижает маржу металлургических предприятий, поэтому более дешевые сорта железной руды, вероятно, будут востребованы как средство снижения затрат и сохранения рентабельности.
Экспорт южноафриканской руды, вероятно, останется стабильным, однако сохраняющиеся логистические ограничения продолжат сдерживать темпы работы и отгрузок.

Как сообщает Mining Weekly, американский аналитический центр Institute for Energy Economics and Financial Analysis (IEEFA) в своем последнем докладе «Предстоящая проблема Индии с железной рудой» предупреждает, что стране может не хватить сырья необходимого качества для реализации амбициозных планов по расширению сталелитейного производства.

По данным IEEFA, то, каким образом Индия будет закупать импортную железную руду и в каких объемах модернизировать и обогащать отечественное сырье, может определить выбор технологий производства стали, а также повлиять на зависимость страны от импортного коксующегося угля и темпы декарбонизации отрасли. В соответствии с предлагаемой Национальной политикой в области стали 2025 года правительство Индии намерено более чем вдвое увеличить мощности по производству сырой стали — до 400 млн тонн к 2035/36 финансовому году, одновременно снижая углеродную интенсивность отрасли и зависимость от коксующегося угля.
В 2024/25 финансовом году Индия произвела около 289 млн тонн железной руды, став четвертым крупнейшим производителем в мире. Однако около 66,5% оставшихся ресурсов страны приходится на руды среднего и низкого качества, которые требуют обогащения.

Для увеличения мощности 27 действующих обогатительных предприятий с нынешних 136 млн тонн в год до 170 млн тонн в год к 2030 году потребуется около $5,7 млрд инвестиций. Для этого также необходима благоприятная государственная политика, включая снижение роялти на обогащенную низкосортную руду.
Многие месторождения Индии также характеризуются высоким содержанием глинозема (Al₂O₃). По оценке IEEFA, каждое увеличение содержания глинозема на 1 процентный пункт приводит к росту потребления кокса на 2,2% и снижению производительности доменной печи на 4%.

«Проблема Индии с железной рудой смещается от обеспечения достаточных объемов поставок к обеспечению необходимого качества сырья для расширяющейся сталелитейной отрасли с более низким уровнем выбросов. По мере роста значения импорта железной руды тип закупаемого сырья может влиять на выбор технологий и, следовательно, на темпы декарбонизации стали и долгосрочную зависимость от импортного коксующегося угля», — пояснил автор отчета IEEFA Саумья Наутиял.

На фоне того, что мировые поставщики все активнее производят высококачественное сырье для прямого восстановления железа (DR) и «зеленое железо», Индии следует оценивать будущие источники железной руды с точки зрения технологий, энергетической безопасности и промышленной конкурентоспособности, а не только стоимости.
IEEFA подчеркивает, что развитие обогащения отечественной руды должно стать центральным элементом стратегии Индии. Однако при более чем 357 млн тонн сталеплавильных мощностей, находящихся в стадии реализации, импорт высококачественной железной руды также будет расти. По словам Наутияла, качество импортируемой руды будет определять технологии производства стали, которые Индия закрепит на долгосрочную перспективу, и степень зависимости отрасли от коксующегося угля.

Более высокий спрос на качественную руду уже влияет на стратегии крупных производителей. Во время телефонной конференции по итогам четвертого квартала Tata Steel генеральный директор Т. В. Нарендран представил подход компании к сырьевой базе после 2030 года, предусматривающий получение новых внутренних лицензий на добычу, расширение производства там, где имеются доступные запасы руды, а также использование импортного сырья для дополнения отечественных поставок.

Tata Steel уже проводила испытания импортной канадской железной руды. По словам Нарендрана, руда с более низким содержанием глинозема может обеспечивать большую экономическую эффективность при использовании, особенно на расширяющихся прибрежных предприятиях компании.

В мировом масштабе рост спроса постепенно смещается от зрелого китайского рынка к развивающимся производителям стали, включая страны Юго-Восточной Азии и Индию. Крупнейший производитель железной руды Vale называет Индию стратегически важным рынком роста, а правительство Австралии прогнозирует увеличение импорта железной руды Индией с 3 млн тонн в 2025 году до 50 млн тонн к 2031 году.

Руководитель сырьевого направления Jindal Steel оценивает, что для производства около 220 млн тонн стали в 2030 году Индии потребуется примерно 500 млн тонн железной руды. Даже с учетом запланированного расширения добычи потенциальный дефицит может составить около 40 млн тонн.

Помимо Австралии, Бразилия имеет хорошие возможности воспользоваться переходом Индии к производству стали с более низким уровнем выбросов благодаря значительным запасам высококачественной железной руды и растущему выпуску сырья для прямого восстановления железа, отмечает автор отчета IEEFA Саймон Николас.
«В основе происходящих изменений лежит не только объем, но и качество. Доменные печи могут использовать широкий диапазон сортов руды, однако технологии прямого восстановления железа (DRI) требуют высококачественного сырья с содержанием железа около 67% и низким уровнем примесей. Ожидается, что спрос на такую продукцию будет расти.

По мере перехода мировой сталелитейной отрасли к снижению выбросов мировой рынок железной руды меняется как с точки зрения масштабов, так и качества», — заявил Николас. По его словам, Бразилия и Австралия инвестируют в производство высококачественной продукции для прямого восстановления и «зеленого железа», тогда как Оман позиционирует себя как будущий центр производства «зеленого железа».

«Это дает Индии реальный выбор, и будущие решения о закупках следует оценивать с точки зрения энергетической безопасности и промышленной конкурентоспособности, а не только стоимости», — добавил эксперт.

IEEFA предупреждает, что если в будущих импортных поставках будет преобладать традиционная руда для доменного производства, это может закрепить инвестиции в технологическую цепочку доменная печь — кислородный конвертер (BF-BOF) и продлить зависимость Индии от импортного коксующегося угля, доля которого в общем потреблении страны уже составляет около 85% импорта.

По оценке Global Energy Monitor, около 57% заявленных сталеплавильных мощностей Индии, находящихся в стадии строительства или разработки, по-прежнему основаны на доменной технологии.

Напротив, более широкая доступность высококачественного сырья для прямого восстановления может способствовать постепенному расширению производства DRI с использованием природного газа, синтез-газа, получаемого из угля, и в перспективе — «зеленого» водорода.

Jindal Steel уже владеет одним предприятием по производству DRI в Омане и строит второе. Компания также заявляла, что рассматривает возможность импорта DRI из-за нехватки доступного металлизированного сырья в Индии.

Эксперты аналитического агентство MEPS International подготовили обзор крупнейших проектов по строительству новых мощностей, модернизации предприятий и развитию металлургической отрасли в Европе, Северной Америке и Азии.

Европа

Voestalpine (Австрия) подтвердила запуск электросталеплавильного комплекса (EAF) на заводе Donawitz в 2027 году. К 2030 году компания планирует инвестировать еще €100 млн в расширение проекта, увеличив мощности по выпуску низкоуглеродной стали с 850 тыс. тонн до 1,5 млн тонн в год. Полная электрификация производства позволит закрыть обе доменные печи и сократить выбросы CO₂ более чем на 90% по сравнению с 2019 годом.

Salzgitter завершила приобретение металлургического предприятия HKM (Hüttenwerke Krupp Mannesmann) и намерена установить на площадке новую электропечь. Компания рассчитывает сократить выбросы CO₂ на 90%, а к концу 2028 года уменьшить мощности по выплавке стали до 2 млн тонн в год.

Thyssenkrupp планирует выделить подразделение по дистрибуции металлопродукции tk accelis в отдельную компанию и вывести ее на Франкфуртскую фондовую биржу. Предполагается передать акционерам 49% акций нового бизнеса, сохранив контрольный пакет. Решение будет рассмотрено 7 августа 2026 года.

Британская компания Meridian Steel, входящая в группу Duferco, начала процедуру закрытия бизнеса, объяснив это сокращением импортных квот на сталь, повышением пошлин и высокими ценами на электроэнергию. Компания перерабатывает около 150 тыс. тонн рулонной стали в год и обеспечивает работой около 100 сотрудников.

Правительство Великобритании завершило национализацию British Steel после безуспешных переговоров с прежним владельцем — китайской Jingye Steel. С апреля 2025 года государство уже направило £377 млн на поддержку работы завода в Сканторпе. По оценке Национального контрольного управления, к 2028 году объем государственной поддержки может превысить £1,5 млрд.

US Steel Košice представила властям Словакии проект строительства новой электросталеплавильной печи мощностью 1,6 млн тонн в год. Общая производственная мощность предприятия сохранится на уровне 4,5 млн тонн стали в год. Строительство планируется начать в 2027 году, запуск — в 2030 году. После завершения сделки стоимостью $14 млрд предприятие перейдет под контроль Nippon Steel.

Еврокомиссия начала пересмотр антидемпинговых пошлин на импорт горячекатаного плоского проката из Турции по обращению ассоциации Eurofer. Действующие пошлины в размере 4,7–7,3% останутся в силе до завершения расследования, которое продлится 12–15 месяцев.

Северная Америка

Outokumpu Stainless USA заключила контракт с Primetals Technologies на установку новой 180-тонной двухпозиционной ковш-печи на заводе в Калверте (штат Алабама). Новое оборудование будет введено в эксплуатацию в марте 2028 года и повысит эффективность выплавки нержавеющей стали из металлолома.

Американский производитель арматуры Hybar привлек $1,1 млрд для строительства второго мини-завода рядом с действующим предприятием в Осцеоле (Арканзас). После реализации проекта производственные мощности увеличатся с 700 тыс. до 1,3 млн коротких тонн в год. Новый завод будет использовать электроэнергию, полностью получаемую из возобновляемых источников.

Компании Hyundai Motor Group и POSCO начнут строительство нового электросталеплавильного завода в Луизиане в сентябре 2026 года. Инвестиции составят$5,8 млрд, производственная мощность — 2,7 млн тонн автомобильного листового проката в год. Запуск предприятия намечен на начало 2029 года. Hyundai будет владеть 80% совместного предприятия, POSCO — 20%.

Восточная Азия

Министерство финансов Японии ввело предварительные антидемпинговые пошлины на импорт холоднокатаного листа и штрипса из нержавеющей стали из Китая и Тайваня. Для китайских производителей ставки составят 27,7–42,1%, для тайваньских — 3,6–20,1%. Ограничения будут действовать как минимум до ноября 2026 года.

Китайская Lianyungang Huale Alloy Group завершила горячие испытания новой четырехручьевой машины непрерывного литья заготовок мощностью 600 тыс. тонн в год. Новая линия позволит выпускать квадратные и круглые заготовки для производства сортового проката и труб из нержавеющей стали, не увеличивая общие мощности компании по выплавке.
POSCO завершила строительство новой электросталеплавильной печи мощностью 2,5 млн тонн в год на металлургическом комбинате Gwangyang в Южной Корее. Предприятие сможет работать как полностью на электродуговой технологии, так и в гибридном режиме с использованием чугуна из доменных печей. По оценке компании, новая технология позволит сократить выбросы CO₂ до 75% по сравнению с традиционным доменным производством.

POSCO и JSW Steel подписали соглашение о создании совместного предприятия (50:50) для строительства интегрированного металлургического комбината в индийском штате Одиша. Новый завод мощностью 6 млн тонн стали в год будет включать полный производственный цикл — от выплавки чугуна и стали до горячей и холодной прокатки и цинкования. Строительство рассчитано на четыре года, ввод предприятия в эксплуатацию запланирован на 2031 год.

Азиатский рынок стали в III квартале 2026 года продолжит испытывать давление из-за сезонного снижения спроса, вызванного периодом муссонов, а также усиления торговых ограничений на мировом рынке. Дополнительное давление ожидается и на рынок металлолома, где спрос сдерживают высокие цены на электроэнергию, слабые продажи арматуры и конкуренция со стороны более дешевого внутреннего лома. Такие выводы содержатся в обзоре S&P Global Energy.

Падение спроса совпало с усилением торговых барьеров

По оценке аналитиков, сезонное замедление строительной активности в странах Азии совпало с дальнейшим ужесточением мер торговой защиты на ключевых экспортных рынках.
Среди наиболее значимых факторов:
• вступление 1 июля в силу нового режима импортных квот на стальную продукцию в Европейском союзе;
• начало антидемпингового расследования в Индии в отношении импорта горячекатаного плоского проката (HRC) из Китая, Японии и России.

Кроме того, участники рынка внимательно следят за развитием ситуации вокруг отношений между США и Ираном. Возобновление экспорта иранской стальной заготовки и слябов может усилить конкуренцию с китайскими поставщиками полуфабрикатов на мировом рынке.

Цены на горячекатаный прокат останутся под давлением

По прогнозу S&P Global, в III квартале цены на горячекатаный рулон (HRC) в Азии сохранят нисходящее давление, поскольку слабый спрос продолжает перевешивать ограниченное сокращение предложения.
Несмотря на то что ряд металлургических предприятий провинции Хэбэй в июле сократил производство из-за роста стоимости кокса, рынок считает влияние этого фактора ограниченным. Запасы стали вновь увеличиваются после нескольких месяцев сокращения, что свидетельствует о сохранении превышения предложения над потреблением.
Во второй половине II квартала покупатели с Ближнего Востока начали осторожно возвращаться на рынок, однако нестабильное перемирие между США и Ираном продолжало ограничивать активность закупок.
По данным Platts (S&P Global), во II квартале было зафиксировано шесть сделок по поставкам HRC из Индии и Китая в Турцию и ОАЭ, тогда как в I квартале их было только три. Участники рынка связывают этот рост с временным улучшением настроений после объявления режима прекращения огня.

В то же время производители из Индии и Индонезии смогли вернуть часть своей доли рынка во Вьетнаме благодаря слабому внутреннему спросу и сокращению возможностей экспорта в Европу и страны Ближнего Востока.
Однако после первоначального роста цены индийского и индонезийского HRC начали снижаться вслед за ослаблением внутреннего спроса и увеличением объемов спотовых поставок во Вьетнам.

Аналитики отмечают, что котировки Platts SAE1006 CFR Southeast Asia, отражающие преимущественно стоимость индийского и индонезийского HRC после введения Вьетнамом антидемпинговых пошлин на китайскую продукцию, демонстрировали более высокую волатильность, чем индекс FOB China.

По словам директора по аналитике металлургической отрасли S&P Global Energy CERA Пола Бартоломью, во II квартале китайский рынок HRC находился под давлением слабого спотового спроса, тогда как рынки Юго-Восточной Азии временно поддерживались ожиданиями роста экспорта на Ближний Восток.
Дополнительное давление на региональный рынок может оказать ввод новых сталеплавильных мощностей в Индии. По мнению участников рынка, индийские производители будут активнее переориентировать экспорт в страны Юго-Восточной Азии и Ближнего Востока после сокращения импортных квот в ЕС.

Экспорт китайской заготовки столкнется с ростом конкуренции

По оценкам рынка, в III квартале экспортные цены на китайскую стальную заготовку также останутся под давлением.
Во II квартале Китай смог существенно увеличить экспорт благодаря отсутствию поставок из Ирана, который ранее являлся одним из крупнейших поставщиков заготовки в Таиланд и Индонезию.
Согласно данным таможенной службы Китая, за период март–май экспорт заготовки вырос на 42% в годовом выражении — до 3,85 млн тонн. При этом поставки в Таиланд и Индонезию увеличились на 80,4%, достигнув примерно 901 тыс. тонн.

Рост мировых цен на энергоносители поддержал стоимость стали, а геополитическая неопределенность заставила покупателей заранее формировать запасы.

Как отметил представитель одного из металлургических предприятий Малайзии, в марте и апреле многие клиенты закупали двухмесячные объемы продукции в течение одного месяца, опасаясь дальнейшего роста цен.
Максимального значения экспортные цены достигли в мае. 14 мая агентство Platts оценило стоимость заготовки 3SP 150 мм FOB Китай в $481 за тонну — это самый высокий уровень с начала публикации данного индекса в феврале 2025 года.

Однако с конца июня ситуация изменилась: сезон дождей в странах Юго-Восточной Азии и снижение спроса внутри Китая привели к сокращению потребления готового проката и ослаблению интереса к закупкам заготовки. Дополнительное давление оказывают высокие складские запасы и низкие темпы продаж.
Участники рынка также отмечают, что покупатели занимают выжидательную позицию, ожидая снижения цен на энергоносители и большей определенности в отношении ситуации вокруг Ирана.
По мнению тайских трейдеров, иранские поставщики продолжают искать покупателей, однако пока не готовы подтверждать сроки поставок.

Рынок металлолома также ожидает слабый III квартал

Негативные настроения сохраняются и на рынке металлолома.
Во II квартале индекс Platts HMS 1/2 (80:20) CFR Тайвань снизился с $363 за тонну (19 мая) до $339 за тонну (30 июня), потеряв $24 за тонну.

По мнению участников рынка, летом спрос на лом традиционно снижается из-за:
• высоких тарифов на электроэнергию;
• сезона муссонов;
• сокращения строительной активности.
Во многих странах региона металлургические предприятия в этот период проводят плановые ремонты или сокращают загрузку мощностей.

Во Вьетнаме ожидается сохранение слабого спроса как минимум до сентября–октября. Дополнительным фактором остается медленное восстановление рынка частного жилищного строительства.
На Тайване импортный лом испытывает давление со стороны более дешевого внутреннего сырья, а спрос на стальную заготовку остается низким из-за увеличившегося ценового разрыва между заготовкой и ломом и слабых продаж арматуры.

Вместе с тем ряд участников рынка не ожидает резкого падения цен на металлолом. Поддержку котировкам могут оказать сравнительно высокие внутренние цены на лом в Японии, а также сохраняющийся устойчивый спрос со стороны Бангладеш, который остается одним из наиболее активных покупателей в регионе.

Прошедшая неделя подтвердила, что стальной рынок мира, как и рынок металлургического сырья, по-прежнему далеки от стабильности и предсказуемости. Подрыв в Ормузском проливе турецкого балкера с грузом стальной заготовки из Индии в ОАЭ подтвердил проблемы международных перевозок, включая их страхование. США, Япония и Мексика ввели новые пошлины на отдельные виды импортной стальной продукции. А национализация British Steel (без решения вопроса компенсации китайским собственникам) напомнила о выросшей роли политических решений в мировой экономике.

На более рыночном пространстве – в Азии – сохранялось давление на стальные цены из-за недостаточного спроса. Хотя цены в Китае, «оттолкнувшись от дна» рентабельности, уже вторую неделю демонстрируют небольшой прирост.

Ближе к нам, в Европе, импортные квоты ЕС стали фактором, заметно дестабилизировавшим конъюнктуру европейского рынка. Хаос в портах и на таможнях сохраняется, поскольку накопилось превышение некоторых стальных квот, в частности Турцией. Остаются и вопросы по «углеродному следу» ввезенной продукции – в июле квартальные отчеты импортеров должны поступить в Единый реестр CBAM Еврокомиссии.

Тем временем внутренний рынок плоского проката ЕС продолжил рост. Немецкие цены на плоский прокат продолжали повышаться на фоне ужесточения импортного режима, хотя торговая активность оставалась сдержанной. Но компания ArcelorMittal уверенно сообщила о повышении цен на рулонный прокат по всей Европе на €50 за тонну. Для длинномерного проката, ввиду затянувшегося периода жары, конъюнктура остается слабой. В Южной Европе рынок остается более вялым – индекс Fastmarkets для арматуры exw Италия за неделю снизился с €710-750 до €690-750 за тонну из-за торможения строительной активности. По причине аномальной жары стройплощадки были вынуждены закрываться во второй половине дня. В Испании и Германии цены на аналогичную продукцию оставались стабильными.

В США цены на сталь оставались значительно выше мировых благодаря 50% пошлинам, а доля импортной стали на американском рынке в июне оценивалась в 17%. Отмечается, что экспорт стали в США из Южной Кореи вырос на 58% в первом полугодии «благодаря строительству дата-центров для искусственного интеллекта».

Китайский рынок оставался под давлением: сохраняется слабый внутренний спрос и высокие запасы готовой металлопродукции. Причем – на фоне весьма неблагоприятной для строительства погоды. Так что стальной экспорт Китая, сократившийся в начале текущего года, к лету вновь вышел на высокие уровни. В частности, в июне китайские металлурги отправили за границу 10,32 млн тонн стали — на 0,2% меньше, чем месяцем ранее, однако на 6,6% больше в годовом выражении. При этом лидер отрасли – компания Baosteel, повысила внутренние цены на HRC для августовских поставок на 50 юаней за тонну, что отражает ожидания постепенного восстановления внутреннего спроса.

Сырьевой сегмент балансировал между опасениями перебоев поставок из Австралии и слабым спросом со стороны Китая. Железная руда завершила неделю ростом цен на фоне сбоев в крупнейшем экспортном порту Порт-Хедленд. Работники терминала BHP провели восьмичасовую забастовку 16 июля, что создало риски для поставок. Однако высокие запасы руды в китайских портах (175 млн тонн) и слабый спрос сдерживали рост цен. Тем не менее, импорт железной руды в Китай в июне достиг шестимесячного максимума — 112,7 млн тонн.

Внутренний рынок России продолжал демонстрировать уверенный рост цен, невзирая на то, что с начала года Сводный индекс цен металлоторговли уже прибавил более 25%. За неделю с 9 по 16 июля индекс вырос еще на 1,50% (13,57 пункта), достигнув значения 917,77. Арматура подорожала на 2,25% до 74 881 руб./т, швеллер — на 6,38% до 79 487 руб./т, горячекатаный лист — на 2,41% до 64 311 руб./т (все цены – с НДС на складе продавца в ЦФО). В июне заметно выросли средние цены производителей проката: арматура прибавила 9,92% с начала месяца, уголок — 7,44%, швеллер — 8,11%.

В то же время экспортные котировки российской стали оказались под дополнительным давлением. Турецкий рынок, исчерпав европейские квоты, практически остановил закупки наших полуфабрикатов. По информации одного из международных трейдеров, российские заводы были вынуждены вновь снизить экспортные цены: заготовка предлагалась по $470–476 /т FOB Новороссийск (в основном, с производством в августе), слябы — по $498–507/т FOB Новороссийск. Горячекатаный рулон производства НЛМК просел на $4-5 за неделю до 515–523 /т FOB Новороссийск, а ММК продолжает реализацию через Астрахань по $550-555 за тонну.

Арматуру на экспорт наши предприятия практически не предлагают, поскольку внутренние цены слишком высоки, катанка котировалась на уровне $542–546/т FOB Новороссийск, но тоже в небольших объемах. При этом ослабление рубля до 78,32 руб./долл. позволило экспортерам частично компенсировать падение долларовых цен.

Под давлением недостаточного спроса производство в черной металлургии РФ в первом полугодии заметно сократилось. По предварительным данным «Корпорации ЧЕРМЕТ», производство стали за январь–июнь снизилось на 6,7% до 32,3 млн тонн, металлопроката — на 5,1% до 28,7 млн тонн, стальных труб — на 23% до 4,3 млн тонн.

При этом в июне выпуск стали вырос на 0,3% в годовом выражении, что даёт слабую надежду на стабилизацию.

Негативную динамику подтверждают и перевозки чёрных металлов РЖД, которые за первое полугодие сократились на 13,3% в годовом сравнении. Причем в июне – также на 7%. Причина – в снижении экспортной погрузки в направлении морских портов, которые в июне снизились на 10% год к году, а за полугодие — на 12%.

Структура российского стального экспорта вновь смещается в сторону полуфабрикатов: их доля в поставках в порты составила 71%. В июне отгрузки чугуна на экспорт выросли на 6% по сравнению с маем, но за полугодие снизились на 28%. Причем как экспортеры, так и импортеры нашего черного металла весьма встревожены «войной дронов» против кораблей в Черном море.

На сухопутных направлениях наших поставок конкуренция в ближайшее время может обостриться. В Узбекистане запущен первый в стране литейно-прокатный комплекс стоимостью $839 млн и мощностью 1 млн тонн листового проката в год.

Из российских новостей отметим успешное размещение «Северсталью» биржевых облигаций, объем выпуска которых увеличен до 25 млрд рублей из-за высокого спроса. А «Евраз» недавно отчитался об огромном экономическом эффекте от цифровых технологий, превысившем 23 млрд рублей за пять лет. Но еще больший оптимизм продолжают выражать наши власти. По новой льготной программе Минпромторга банк ВТБ предоставит холдингу «Новосталь-М» финансирование в размере 51,6 млрд рублей на строительство нового прокатного стана в Балакове. После его ввода мощности холдинга по выпуску сортового проката увеличатся на 1 млн тонн в год.

Главный вывод недели — продолжающееся перераспределение стальных грузопотоков в мире, которое оказывается невыгодным для многих переработчиков и тем более – для потребителей металлопродукции.

Роль внутреннего производства и собственного стального рынка повсюду, включая Россию, продолжает расти. Поэтому июньские «сигналы» о некотором росте российского спроса на металл оказались долгожданными и весьма кстати накануне профессионального праздника. С Днем металлурга, коллеги!

Как сообщает EuroMetal, европейская политика в области регулирования сталелитейной отрасли может не только не защитить промышленность ЕС, но и ускорить ее деградацию. Такое мнение высказал администратор итальянской консалтинговой компании ICT International and Trading Company Джанлука Дженнари.
По его словам, сегодня каждому руководителю европейского промышленного предприятия стоит задаться вопросом: действительно ли Евросоюз стремится сохранить свою промышленную базу или же проводимая политика фактически ускоряет ее разрушение.

Как отметил Дженнари, в последние годы Европейская комиссия последовательно вводила все более сложную систему экологического регулирования, торговых ограничений и механизмов контроля, заявляя, что эти меры направлены на развитие устойчивого производства и защиту европейской металлургии.
Однако, по его мнению, результат оказался прямо противоположным.

После запуска European Green Deal («Зеленый курс»), инициатив по развитию «зеленой» стали, введения дополнительных налогов на сырье, защитных мер, импортных квот и, наконец, Механизма трансграничной углеродной корректировки (CBAM) были приняты решения, не учитывающие специфику функционирования европейского рынка стали и потребности разветвленной производственной цепочки региона.

CBAM: углеродный механизм без понятных правил

По словам Дженнари, CBAM стал очередным примером фрагментарной промышленной политики Брюсселя.
Он напомнил, что еще в 2025 году Европейская комиссия признала: окончательные эталонные показатели, необходимые для расчета обязательств в рамках CBAM, не будут опубликованы до начала 2026 года.
В результате европейские компании были вынуждены принимать решения о закупках стали, не имея возможности определить будущие расходы, связанные с углеродным регулированием.

Хотя впоследствии эталонные показатели были опубликованы, Дженнари считает, что они остаются слишком высокими и непригодными для использования в коммерческих расчетах. Из-за этого потребители стали по-прежнему зависят от данных о выбросах, которые предоставляют сами металлургические предприятия.

При этом, подчеркнул эксперт, такие сведения должны подтверждаться аккредитованными Европейским союзом органами по сертификации, однако соответствующие организации до сих пор не назначены. По его оценке, их аккредитация может завершиться лишь к середине 2027 года.
Это означает, что европейские компании будут закупать стальную продукцию примерно 18 месяцев, не имея точного представления о своих реальных обязательствах по CBAM.

Дополнительную неопределенность, по словам Дженнари, создают:
• постоянные колебания стоимости углеродных сертификатов;
• отсутствие окончательной методики расчета платежей;
• незавершенная система сертификации;
• необходимость резервировать финансовые средства под обязательства, размер которых невозможно точно определить.

«В таких условиях бизнес не способен эффективно планировать свою деятельность», — считает эксперт.
Импортные квоты парализовали рынок
По мнению Дженнари, ситуацию еще больше осложнило введение новых защитных импортных квот.

Он отметил, что европейские компании в течение нескольких месяцев ожидали ответов на ключевые вопросы:
• какие объемы импорта будут доступны;
• каким образом будут распределяться квоты;
• когда вступит в силу новый режим;
• будут ли перераспределены квоты, ранее предназначенные для России и Беларуси;
• появятся ли страновые квоты для отдельных поставщиков.

Окончательные ответы были опубликованы только 30 июня 2026 года — всего за один день до вступления новых правил в силу.

По словам Дженнари, для отрасли с длительными производственными циклами и закупками, планируемыми за несколько месяцев вперед, подобная неопределенность фактически означает коммерческий паралич.
Во II квартале 2026 года, по его данным, объемы бизнеса многих компаний итальянской металлургической цепочки поставок сократились до 50% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года.

Компании откладывали закупки сырья, снижали темпы производства, переносили инвестиционные решения и продолжали расходовать складские запасы, не пополняя их.
Как подчеркнул эксперт, причиной такой ситуации стали не фундаментальные рыночные факторы, а неопределенность регулирования, созданная европейскими институтами.

Брюссель не учитывает особенности европейской экономики

По мнению Дженнари, главная ошибка носит не столько экономический, сколько концептуальный характер.
Он подчеркнул, что Европа не является ни крупной сырьевой, ни энергетической державой и не располагает такими запасами природных ресурсов, как США, Китай, Индия или Россия.

Главное конкурентное преимущество ЕС — развитая перерабатывающая промышленность.
Именно тысячи европейских предприятий перерабатывают стальную продукцию, создают добавленную стоимость, обеспечивают занятость населения, внедряют инновации и поддерживают международную конкурентоспособность европейской экономики.

Тем не менее, по словам Дженнари, Брюссель продолжает рассматривать импорт рулонного проката и стальных полуфабрикатов как угрозу, игнорируя тот факт, что именно такие поставки позволяют европейским производителям сохранять конкурентоспособность на мировом рынке.

Основная занятость сосредоточена не в металлургии

Дженнари приводит данные, согласно которым непосредственно в европейской металлургии занято около 300 тыс. человек.
В то же время предприятия последующих переделов — переработки стали и производства готовой продукции — обеспечивают работой почти 3 млн человек.
По его мнению, эти цифры наглядно показывают, где находятся реальные стратегические интересы Европы.
Если политика ЕС будет ориентирована исключительно на поддержку первичного производства стали, одновременно ухудшая положение предприятий-потребителей металлопродукции, это поставит под угрозу миллионы рабочих мест, тысячи малых и средних предприятий и один из ключевых секторов европейской промышленности.

Настоящая проблема — не полуфабрикаты

По мнению Дженнари, импорт рулонного проката и стальных полуфабрикатов не представляет главной угрозы для европейской промышленности, поскольку эта продукция используется на предприятиях ЕС для дальнейшей переработки.
Основную проблему, по его словам, создают готовые металлоемкие изделия, поступающие из третьих стран.
Такая продукция продолжает относительно свободно поступать на европейский рынок, вытесняя местных производителей и оказывая давление на цены.
Именно на этом направлении, считает эксперт, должны быть сосредоточены меры торговой политики.

Отрасли нужны понятные правила

По словам Дженнари, европейская металлургическая цепочка создания стоимости не требует ни протекционизма, ни особых условий.

Бизнесу необходимы:
• реалистичные импортные квоты, соответствующие фактическому спросу;
• окончательно сформированные и понятные правила функционирования CBAM;
• более жесткий контроль за импортом металлоемкой готовой продукции из третьих стран;
• постоянный диалог между европейскими регуляторами и промышленностью.

Европа рискует потерять промышленность

В завершение Дженнари заявил, что Европа продолжает позиционировать себя мировым лидером климатической политики, одновременно теряя конкурентоспособность, инвестиции и производственные мощности.
«Промышленности необходимо планирование. Планирование невозможно без определенности. А неопределенность порождает страх, паралич и упадок», — подчеркнул он.
По мнению эксперта, кризис европейской металлургии уже превратился в полномасштабную промышленную проблему.

«Сегодня главный вопрос заключается уже не в том, сможет ли европейская промышленность адаптироваться к новым требованиям, а в том, останется ли вообще промышленность, которую нужно будет защищать, к тому моменту, когда Европа окончательно определится со своими правилами», — резюмировал Джанлука Дженнари.

Прошедшая неделя стала одной из самых нервных для мировой сталелитейной отрасли в этом году. Новые защитные меры ЕС, вступившие в силу 1 июля, вызвали хаос на таможнях и в портах Европы: квоты были заблокированы на две недели, система «первый пришёл – первый обслужен» в условиях медленного обмена информацией, естественно, не заработала, как надо. Европейские таможенные органы требуют сейчас от импортеров предоставления финансовых гарантий под 50% пошлину уже на все грузы, находящиеся в оформлении.

При этом Турция уже превысила свою квоту на поставки горячекатаного рулона в ЕС на третий квартал на 205% – около 330 тыс. тонн товаров ожидают таможенной очистки при разрешённом объёме примерно в 160 тыс. тонн. Индия и Индонезия также отгрузили более половины своих квартальных квот. В итоге новый режим квот ЕС воспринимается покупателями как более жёсткий, чем ожидалось. Один из покупателей отмечает, что новые правила сокращают импорт горячекатаных рулонов почти на 80%.

Естественно, что «защищенный» европейский рынок горячекатаного рулона (HRC) начал неделю с повышения цен. По данным Fastmarkets, 8 июля индекс HRC exw Италия достиг €688,75 за тонну, что на €21,25 выше уровня недельной давности. Заводы активно продвигают предложения на сентябрьские поставки на фоне ужесточения импортного режима. В Италии оферты на поставку в сентябре озвучиваются в диапазоне €705–735 за тонну exw, хотя реальных сделок на этом уровне пока не зафиксировано. Источники сообщают о сделках по €685–690 за тонну exw, заключённых в начале недели. Участники рынка ожидают дальнейшего роста цен к концу сентября вплоть до €800 за тонну с доставкой. В частности, ArcelorMittal объявил о повышении цен на рулонный прокат в Европе на €50 за тонну: базовая цена на HRC установлена на уровне €770 за тонну с доставкой, а холоднокатаный и оцинкованный прокат подорожали до €880 за тонну. По информации источников, производитель уже заполнил книгу заказов на сентябрь, и новые цены предназначены для поставок в октябре.

В Азии ситуация противоположная. Вьетнамские производители Hoa Phat и Formosa Ha Tinh Steel снизили внутренние цены на горячекатаный рулон на $34–40 до $545–546 за тонну CFR из-за слабого спроса и сезона дождей. Китайский рынок остаётся под давлением: по данным Platts, запасы готового проката на спотовых рынках Китая по состоянию на 30 июня составили 9,35 млн тонн – на 21,6% выше уровня годичной давности, при этом запасы горячекатаного рулона выросли на 22% в годовом выражении, а арматуры – на 29%. Тем не менее, в Китае прекратилось снижение стальных цен, продолжавшееся весь июнь и обвалившее до предела рентабельность металлургии. Цены фактически стабилизировались: за прошедшую неделю стальные фьючерсы на г/к рулон прибавили 0,4%, контракты на арматуру потеряли 0,2%.

Пять японских сталелитейных групп назвали новые защитные меры ЕС «неуместными и прискорбными», указав, что квота для Японии установлена на уровне 800 тыс. тонн, тогда как среднегодовой объём поставок в 2022–2024 годах составлял около 1,5 млн тонн. Сама же Япония ввела временные антидемпинговые пошлины на холоднокатаные листы и полосы из никельсодержащей нержавеющей стали из Китая и Тайваня – максимальная ставка достигнет 42,1%.

В США цены на сталь остаются значительно выше мировых из-за сохраняющихся пошлин на импорт в 50% и более. Уровень цен на г/к рулоны в США сейчас на 30% выше уровней января 2025 года, на 45% выше европейских и более чем вдвое – китайских цен.

На сырьевом рынке железная руда вернулась к отметке $100 за тонну на фоне восстановления производственной активности в Китае и сообщений о возможных ограничениях продаж руды Super Special Fines компании Fortescue со стороны CMRG. Однако фундаментальные факторы продолжают оказывать давление: запасы железной руды в китайских портах достигли 175,44 млн тонн. Правительство Австралии прогнозирует снижение средней цены железной руды до $91 за тонну в 2026 году и до $64 к 2031 году.

Российский рынок продолжает демонстрировать впечатляющий рост цен. По данным MetalTorg.Ru, Сводный индекс цен металлоторговли за неделю с 2 по 9 июля вырос на 2,94% (25,85 пункта), достигнув 904,2. Арматура подорожала на 8,5% до 73 235 руб./т (на складе продавца в ЦФО), швеллер – на 6,95% до 74 721 руб./т, уголок – на 5,2% до 74 750 руб./т. За июнь индекс прибавил 4,43%, а с начала года рост превысил 20%. Причем участники рынка говорят о «вертикальном взлете цен на арматуру», которая с апреля текущего года уже подорожала в РФ почти на треть.

Одну из причин этого ажиотажа раскрыл премьер-министр Михаил Мишустин на недавней выставке «Иннопром» в Екатеринбурге. Он сообщил, что заказ стальной продукции для активно строящейся высокоскоростной ж/д магистрали (ВСМ) Москва - Санкт-Петербург уже превысил 1 млн тонн. Отметим высокие объемы и крайне металлоемкую конструкцию железобетонного фундамента ВСМ. Поэтому, по нашим оценкам, основную часть этого заказа составляет именно стальная арматура.

При этом становится понятным выход ряда производств на максимальное производство нужного ВСМ металлопроката. Об рекордном месячном производстве арматуры (101,7 тыс. т) по итогам мая сообщил завод "Промсорт-Калуга", а сортового проката в целом (105 тыс.т) - сообщил в июне и МЗ «Балаково».

Экспортная картина для российской стали, традиционно, отличается. По информации одного из международных трейдеров, турецкий комбинат Kardemir снизил официальные цены на заготовку на $10 до $515 за тонну exw Karabuk и продал за полтора часа около 63–65 тыс. тонн местным прокатчикам. Российские заводы были вынуждены следовать за этим движением: один из заводов дал оферту по $473 за тонну стальной заготовки, другие – по $475–479 за тонну FOB Новороссийск. Таким образом, за неделю экспортные цены заготовки потеряли около $4-5 за тонну.

На российские слябы цены опустились на $4-5 до $500–510 за тонну FOB Черное море. Г/к рулоны производства НЛМК подешевели так же на $4-5 до $520–527 за тонну FOB Черное море. Рулоны ММК отгружаются из Астрахани в Иран и страны СНГ по гораздо более высоким ценам ($554-556 за тонну FOB), но речь уже идет об остатках по прежним договорам. Из-за нового обмена ударами между США и Ираном количество оферт из Ирана уменьшилось, а сроки поставки увеличились, что создаёт дополнительную неопределённость на рынке.

При этом наши конкуренты усиливают давление: индонезийский завод опустил цены заготовки на $5 за тонну до $465 за тонну FOB Индонезия, китайские заводы – на $3–4 за тонну до $452–455 за тонну FOB главные порты КНР. На слябы индонезийцы скинули сразу $15 за тонну до $475 за тонну FOB.

Активность российской металлургии на внутреннем рынке, несмотря на бурный рост многих стальных цен, продолжает оставаться низкой. По данным оперативной статистики РЖД, за январь–июнь погрузка чёрных металлов сократилась на 13,3% в годовом сравнении, причем в более позитивном июне она также осталась в минусе на 7 %.

Особенно сильно и надолго в части спроса просел нефтегазовый комплекс РФ: за первое полугодие завоз труб и металлопроката в его интересах упал в 1,6 раза, а в июне – на 23% год к году.

В позитиве, помимо строительства ВСМ, в текущем году остаётся российский автопром: за январь–июнь его ж/д завоз черных металлов вырос на 3% к прошлому году.

В июне некоторый рост спроса на сталь продемонстрировали сервисные металлоцентры (СМЦ), увеличившие по отношению к предыдущему месяцу объемы завоза на 27%. На 2% за месяц выросли ж/д поступления стальной продукции на базы основных металлоторговых предприятий и сетей, и на 1% - на предприятия по производству металлоконструкций. Однако в сумме эти локальные направления не компенсируют сохраняющийся низкий спрос на российский металл.

Как сообщил недавно начальник отдела по работе с инвесторами ПАО «Северсталь» Никита Климантов, компания по итогам 2026 года прогнозирует падение российского спроса на сталь примерно на 10% до 34–35 млн тонн, но ожидает небольшого восстановление (до 37 млн тонн) годом позже. При этом компания сокращает капитальные затраты в 2026 году на 24% до 112 млрд рублей, а в 2027 году – до 85 млрд рублей.

В целом для российской металлургии ситуация остается весьма неблагоприятной. Падение отпускных цен турецких, индонезийских и китайских экспортеров создаёт мощное давление на наш экспорт. По оценке трейдеров, российским заводам в ближайшее время снова придется снижать цены. Но предел по себестоимости уже близко, и далее, скорее всего, они просто возьмут паузу в экспортных продажах. Внутренний рынок сейчас остаётся единственным источником относительно высокой маржи, однако его устойчивость вызывает сомнения: сложившаяся ситуация в экономике России почти полностью отвечает определению классического термина «стагфляция». Не хватает только растущей безработицы, но при дальнейшем торможении производства это не выглядит невыполнимой задачей.

Так что в предстоящий День металлурга и традиционный сезон отпусков отрасль уходит с немалыми тревожными ожиданиями…

По оценке MetalTorg.Ru, на прошедшей неделе мировой рынок черных металлов оставался весьма вялым на фоне стабильно слабого спроса и дорогой логистики. Однако западные аналитики единодушно пишут о «развороте ситуации для глобальной сталелитейной отрасли», поскольку вступили в силу сразу два ключевых регуляторных акта: новые защитные меры ЕС с сокращением квот на 47% и повышением пошлин до 50%, а также схожие ограничения в Великобритании.

Публикация 1 июля Еврокомиссией долгожданного распределения импортных квот по странам поставила многих покупателей и продавцов перед неожиданными препятствиями. Наиболее существенные изменения коснулись Турции: годовая квота на импорт горячекатаного рулона в ЕС сокращена на 60% – до 642 тыс. тонн (с 1,59 млн тонн). Для Великобритании квота снижена до 154 тыс. тонн, для Индии по холоднокатаному рулону – до 270 тыс. тонн (с 656 тыс. тонн). Причем половина общего объёма квот на металлопрокат (9,15 млн тонн) зарезервирована для стран с соглашениями о свободной торговле, включая Украину. Впрочем, надо отметить, что в целом речь идет о перераспределении стальных грузопотоков в несколько миллионов тонн, что составляет менее 0,5% глобального производства стали.

От нового творения евробюрократов (на тысячи слов и цифр) стальной рынок ЕС фактически замер. Внутренние цены на горячекатаный рулон (HRC) в Северной Европе, по оценке Fastmarkets, к 1 июля чуть снизились – до €682 за тонну EXW. В Италии индекс сохранился на уровне €667,5 за тонну. А последние предложения импорта г/к рулонов в ЕС расположились в широком интервале цен €530–610 за тонну CFR: с максимальными ценами для турецкого материала, пониже – для индийского и вьетнамского, и еще ниже – для стали не вполне четкого происхождения. В итоге европейский рынок HRC (и других видов металлопроката) занял выжидательную позицию, причем местные производители совсем не спешат объявлять новые цены. Количество предложений импорта и запросов со стороны покупателей также стало минимальным. Вся торговая активность практически остановилась – импортёры даже отменяли июньские сделки, чтобы избежать рисков, связанных с новыми квотами.

Впереди крайне слабый сезон европейских отпусков, но ассоциация EUROFER уже назвала новый механизм «историческим изменением», способным восстановить до 15 млн тонн утраченного производства стали в Европе.

В остальном (и основном) металлургическом мире особых изменений не произошло. Китайский внутренний стальной рынок объемом более 840 млн тонн в год по-прежнему остаётся под давлением низкого спроса. По данным Yieh.com, цены на горячекатаный рулон Q235B на складах в Тяньцзине к 2 июля опустились до 3210–3230 юаня ($472–475) за тонну. Участники рынка ожидают дальнейшего снижения как минимум на 20 юаней за тонну. Биржевые фьючерсы HRC сейчас находятся в интервале $476–481 за тонну, а на арматуру – $446–459 за тонну с тенденцией к снижению на ближайшие месяцы. Экспортные предложения китайского г/к рулона на прошедшей неделе снизились до $475,4 FOB Шанхай – минимального в мире уровня. На фоне низких цен индекс PMI для китайской металлургии по итогам июня 2026 г. составил 47,8 пункта – на 0,1 п.п. меньше, чем в мае.

Для сохранения рентабельности отрасли китайская ассоциация CISA призвала металлургов формировать производственные планы исключительно исходя из фактических заказов. При этом CISA вновь раскритиковала европейский CBAM как «крайне несправедливый» механизм, не учитывающий инвестиции Китая в декарбонизацию.

Сырьевые цены на мировом рынке проблем металлургам почти не доставляют. Котировки австралийского коксующегося угля HCC потеряли за месяц около 2%, а железная руда отметилась снижением седьмую неделю подряд. По данным Reuters, 29 июня фьючерсы на Сингапурской бирже опустились до $96,95 за тонну, потеряв за неделю 2,3%. Запасы руды в китайских портах достигли 175,44 млн тонн, увеличившись на 1,3% за неделю. А государственный покупатель CMRG ограничил поставки некоторых сортов руды Fortescue, усиливая контроль над рынком.

США, практически закрытые от импорта пошлинами Трампа, остаются стабильным и самым дорогим стальным рынком. Прекратилось неуклонное повышение цен лидером – компанией Nucor, и отпускная стоимость горячекатаного рулона остановилась на отметке $1130 за короткую тонну (около $1245 за метрическую тонну). Однако предложение новых пошлин на бразильский чугун (до 25% и потенциально еще +12,5%) – Бразилия поставляет более половины из 5,3 млн тонн импортного чугуна в США – может снова подтолкнуть вверх американские стальные цены.

Тем временем российский внутренний рынок продолжает демонстрировать более чем уверенный рост цен. По данным MetalTorg.Ru, Сводный индекс цен металлоторговли за неделю с 26 июня по 2 июля вырос на 1,89% (16,25 пункта), достигнув 878,35. Цены выросли по всем десяти видам продукции. Наибольший рост снова зафиксирован у арматуры (+6,33% до 67 499 руб./т) и швеллера (+4,76% до 69 868 руб./т). Все цены приведены с НДС для продукции на складе в Центральном федеральном округе РФ. В целом за июнь индекс прибавил 6,4%. Жаль только, что этот рост не сопровождается увеличением объемов поставок – по оперативным данным РЖД, погрузка черных металлов за июнь снизилась на 7% в годовом сравнении.

Тенденция цен на экспортном направлении значительно отличается. По информации международных трейдеров, российские заводы за прошедшую неделю снизили экспортные цены на заготовку на $5–8 за тонну – до $475–483 за тонну FOB. На слябы цены опустились до $505–513 за тонну FOB Новороссийск. Катанка также несколько подешевела. Горячекатаный рулон производства НЛМК просел до $527–532 за тонну FOB Черное море, доплата за х/к рулон остается на прежнем уровне $100–105 за тонну.

Сейчас, ввиду неясности с поставками в ЕС, турецкие металлурги буквально обвалили цены на черный лом и приостановили закупки стальных полуфабрикатов до завершения падения цен. Как отметил источник, «в понедельник заводам придётся либо вновь значительно понижать цены (как минимум до $469–470 за тонну FOB Черное море), либо пока не предлагать продукцию на экспорт».

Дополнительное давление создают конкуренты. Индонезийский завод опустил цены на стальную заготовку на $10 за тонну – до $470 за тонну FOB Индонезия на крупные партии. Китайские заводы снизили экспортные цены на заготовку на $5–7 за тонну – до $455–458 за тонну FOB главные порты КНР. Однако интерес Турции сейчас невелик и к этим предложениям.

Запущенное Индией антидемпинговое расследование против горячекатаного плоского проката из России толщиной до 25 мм и шириной до 2100 мм на фоне уже действующих 11,5% защитной пошлины и 7,5% импортной пошлины также может серьёзно ударить по одному из перспективных рынков для российской стали.

В итоге финансовое состояние предприятий российской металлургии остаётся напряжённым. «Мечел» вновь не выплатил дивиденды по итогам 2025 года. «Северсталь» намерена существенно сократить капитальные затраты в 2027 году после завершения текущего инвестиционного цикла. В то же время компания готовит размещение биржевых облигаций объемом не менее 10 млрд рублей. «Сбербанк» требует с металлотрейдера «БНВ-Юг» почти 157 млн рублей.

Главный вывод недели – обострение ситуации в мировой торговле стальной продукцией и металлургическим сырьём. Новые квоты ЕС и Великобритании меняют структуру импорта: Турция, Индия и другие крупные поставщики теряют значительную часть доступа на европейский рынок. Это создаёт дефицит в Европе, который поддержит внутренние цены, но одновременно высвобождает некоторые объёмы, которые будут искать альтернативные рынки – прежде всего в Азии и на Ближнем Востоке.

Для экспорта России ситуация ухудшается, особенно на турецком направлении. Поскольку Турция является основным покупателем российского лома, чугуна и стальных полуфабрикатов, крайне вероятно снижение цен на эту продукцию.
Так что позитивная тенденция для российского экспорта, сложившаяся с мая, когда ж/д отгрузки черных металлов в адрес российских портов выросли на 8,1% (до 1,1 млн тонн), в июле может притормозиться. Как и рентабельность этих поставок после укрепления курса рубля в июне (до 75,63 руб./долл.).

На фоне падения экспортных предложений в июле продолжился быстрый рост внутренних российских цен. Особенно – по строительной арматуре, что отражает сезонное оживление строительства. Внутренний рынок РФ становится едва ли не единственным источником относительно высокой маржи, но его ёмкость остается ограниченной. По данным Росстата, майский выпуск готового проката вырос относительно предыдущего месяца на 11,5% до 4,9 млн тонн, но остался на 3,5% ниже, чем годом ранее. Опережающий рост ж/д поставок металлургического сырья в июне (+3,7% для руды и +3,4% для лома) показывает некоторый оптимизм металлургов на все летние месяцы.

Но потери отрасли уже слишком велики. К примеру, Серовский завод ферросплавов на прошлой неделе отправил 1143 сотрудника в простой до конца августа из-за прекращения экспортных поставок и нехватки оборотных средств. А Челябинский МК группы «Мечел» с трудом добился жизненно необходимой трехлетней рассрочки по уплате налогов, сборов и страховых взносов.

При слабом стальном спросе отрасль вступает сейчас в период острой ценовой конкуренции на всех фронтах – и это только начало.